По следам предыдущего поста возникли вопросы на тему сознания. Вместо ответа я решила просто опубликовать первую главу книги Thomas Metzinger Bewußtsein — Beiträge aus der Gegenwartsphilosophie. (Сознание-Записки разъяснения из современной философии). Поскольку переводила я, причем левой ногой, то прошу о снисхождении, если что не так. Речь идет о том, с какими научными проблемами столкнулась современная наука в попытке не только решить, а хотя бы сформулировать проблему сознания.

Einleitung: Das Problem des Bewusstseins

Каким образом в физической вселенной стало возможным появление сознания? Можно ли когда-нибудь представить себе, что что-то вроде сознательных переживаний может возникнуть на основе физических процессов? Возможно ли субъективное восприятие и возникновение внутренней перспективы вообще как части естественного порядка вещей — или мы на данный момент столкнулись с окончательной загадкой, с белым пятном на карте научного взгляда на мир, которое возможно из принципиальных соображений должно оставаться всегда белым пятном?

Проблема сознания является в настоящее время — возможно, наряду с вопросом о происхождении нашей Вселенной — крайним пределом человеческого стремления к знаниям. Именно поэтому она предстает перед многими, как последняя великая тайна вообще, и как наибольшая теоретическая задача сегодняшнего дня. По крайней мере, мы можем сказать, что решение этой головоломки посредством эмпирических исследований научной революции находится на первом плане. Гораздо более вероятно, однако, нечто совершенно другое: проблема в данном случае заключается в том, что это совершенно новый тип теоретической революции. Это проявляется в том, что при ближайшем рассмотрении совершенно не ясно, в чем заключается загадка сознания вообще, и что мы примем в качестве убедительного решения этой загадки. Во-вторых, здесь речь идет об очень большом ощущении нас самих: это всегда наше собственное сознание, которое мы хотим понять. Поэтому проблема сознания является также проблемой самопознания. Она затрагивает всех нас, а не только в философии или отдельных науках.

В-третьих, именно по этой причине можно предположить, что такая революция, — если она произойдет – будет иметь крупные социальные и культурные последствия, нежели любая другая теоретическая революция до нее. Это могут быть либо последствия радикально изменного представления о нас самих, а также внедрение новых технологических эмпирических данных, например, из области нейрологии, или исследований искусственного интеллекта. Эти три причины привели в последнее время к нарастающему беспокойство в вовлеченных областях науки, а также к растущему интересу широких слоев общественности по вопросам, относящимся к связи между мозгом и сознанием.
Стало ясно, что мы уже в течение некоторого времени находимся на пути к новой теории сознания (или разума, в тексте аналог слова mind). Эта новая теория сознания также является теорией о том, что является сознательным переживанием. Она также будет первой теории такого рода в истории человечества, которая содержит солидный эмпирический фундамент. Как представляется в конце этого тысячелетия, теоретическая революцая носится в воздухе и затрагивает ранее неизвестным способом нас самих в нашем самопонимании. Хотя на эмпирической стороне исследований сознания есть лишь немного признаков, которые указывают на такое развитие событий, загадка сознания продвигается как «тайный фронт исследований» уже целым рядом научных дисциплин. Это развитие, в свою очередь, натолкнулось в философии на огромный интерес.

За последние десять-пятнадцать лет также и в философии наблюдается о резко растущий интерес к проблеме сознания. Недавно созданы целый ряд журналов и научных организаций, все чаще проводятся крупные конференции на тему «сознание». Нынешняя ситуация стала поэтому настолько интересной, что сейчас из разных дисциплин — от квантовой физики через нейробиологию до когнитивных наук – делаются серьезные заявки в отношении такого явление, как «сознание». Многие из этих заявок из эмпирических наук в философии сознания (mind) наблюдаются с большим вниманием. В то же время все больше и больше эмпирических исследователей признают, что именно философы были теми, кто первыми обнаружили в свое время теоретическую проблему, сформулировали в разных вариантах и на протяжении веков разрабатывали все новые способы решения: термин «сознание» по своему происхождению является философским термином. Именно поэтому в нейрологических и когнитивных науках, а также среди широкой общественности, наблюдается рост интереса к серьезной и обознанной с эмпирикой философии разума. На это указывает, среди прочего, еще и тот факт, что целый ряд выдающихся исследователей мозга уже давно начали публиковать популярные книги философского содержания.

Этот повышенный интерес также выражается во все возрастающей междисциплинарной взаимозависимости философии с приграничными районами исследований в нейрологии, когнитивных и компьютерных наук. Многие считают, что мы именно сейчас направляемся на одну из величайших научных революций в истории человечества, но эта революция произойдет только тогда, когда уровень научно-исследовательских связей по всем специальностям значительно возростет. С другой стороны, становится все более ясно, что объединение научно-исследовательской деятельности должно быть систематическим. Такая ситуация привела к тому, что со стороны эмпирических исследований сознания, — таких видных теоретиков, как Роджер Пенроуз – звучит призыв к созданию новой науки «Науки сознания»
Эта идея, конечно, более чем впечатляет. Мы не должны забывать, однако, две вещи. Во-первых, вопрос о создании отдельной «науки о сознании» — по крайней мере, с точки зрения философии – что угодно, только не новая идея. Если хотите, можно точно также для примера все феноменологическое движение (вместе с его ограничениями), тоже считать именно такой наукой. В более широком смысле, философия, как любовь к мудрости и царица наук, конечно же всегда была именно наукой о сознании. Идеал самопознания является также выражением классического идеала философии. Таким образом, нынешняя эйфория профессиональных философов легко попадает под подозрение, как интеллектуальное модное увлечение. Во-вторых, есть — как и всегда — серьезные сомнения по поводу смысла, и шансов на успех такого предприятия вообще. Поэтому надо себя спросить: будет ли ли термин «сознание» выделен в независимую и последовательную предметную область, которому будет отвечать одна автономная область исследований?

Что могло бы быть предметом, методами и целью такой новой области исследования? С этим вопросом мы вновь коснулись нашей отправной точки: что на самом деле является проблемой сознания? Может ли эта проблема решиться ресурсами естественных наук? Что есть именно то, что мы хотим знать? Эта последняя часть вопроса — фиксация эпистемологической цели — это уже, как правило, философский вопрос. Как философы, мы также хотели бы знать, как стало возможно, что такое сложное явление, как сознание, возникло в физической вселенной: мы ищем терминологически убедительный анализ этого явления и его связь с объектами мира. Первая задача заключается в терминологической ясности. Как эмпирически ориентированные исследователи мы хотим знать, как это могло бы на самом деле произойти: мы заинтересованы в истории этого явления в нашем мире. Есть ли нейронные корреляты сознания? Какие существуют формы обработки информации в головном мозге, которые приводят к возникновению таких условий, которые мы описываем как наш сознательный опыт? Такие вопросы характерны для второй цели на пути к лучшему пониманию феномена сознания, который состоит из переработки эмпирически богатой теории сознания.
Как появление сознательного переживания уживается в этом мире с естественным законами, где они доминируют? В конце концов все, что мы знаем, это то, что появление сознания является весьма недавним феноменом с момента зарождения нашей физической вселенной, поэтому здесь опять мы можем сказать, что мы, в некотором смысле, сами являемся этим явлением. Появление первых живых организмов с развитой нервной системой, а следом за ними и человека, явились событиями, которые с космологической точки зрения только что произошли. Идея о том, что в некотором смысле ми сами являемся этим феноменом, в данном случае, ведет к третьему предварительному ответу на вопрос, что собственно мы ожидаем от удовлетворителетвояющей нас теории сознания.

Для того чтобы быть действительно убедительной, такая теория должна быть не только терминологически последовательной и эмпирически правдоподобной: в конечном итоге мы должны согласиться с этой теорией, как теорией нашего собственного внутреннего опыта. Она должна содержать тонкость и феноменологическое богатство этого опыта и действительно серьезно рассматривать внутреннюю перспективу переживаемого. Прежде всего, она должна объяснить нам, как перспектива от первого лица связана с перспективой от третьего лица, которое само по себе является оперирующей наукой. Если взять для примера случай, когда существует интуиция, которой мы владеем благодаря собственному сознанию, и радикально ошибочная интерпретация этой интуиции посредством нашей повседневной психологию, то мы по крайней мере ожидаем подробного объясненя, почему мы так обманываемся о нашем собственном сознании. В любом случае ясно, что серьезная теория сознания должна принимать во внимание феноменологическое богатство, разнообразие и многообразие нашей внутренней жизни. К счастью, именно в связи с этим сформировался широкий консенсус: существует — по крайней мере, в философии разума — только несколько примеров наивных и идеологических форм редукционизма. Уже давно стало ясно, что примитивные науки, которые замещают понимание тонких структур и глубины нашего сознания просто за счет внедрения нового материалистического жаргона, уходят от реальных проблем в сторону.

Проблемы на пути к убедительной теории сознания, коренным образом отличается от других нерешенных проблем в области естественных наук. Несмотря на то, что физика, химия или биология в их триумфальном шествии уже решили многие из основных загадок в своей предметной области, то, конечно, у этих дисциплин содержится все еще значительное число белых пятен на карте. Эти науки далеки от возможности в полной мере описать всю стоящую перед ними проблематику. Тем не менее для этих дисциплин в значительной степени понятно, что представляет собой решение их проблемы. Для феномена сознания это не так и по целому ряду причин.
Чтобы чтобы иметь возможность серьезно говорить о науке сознания, надо сначала ответить на серию самых элементарных вопросов. Это можно проиллюстрировать, развернув внимание назад на объективную историю феномена сознания в физическом мире. Мы уже убедились в том, что осознанный опыт есть нечто, что появилось позже. Кроме того интересно, что с появлением сознания разворачиваются внутренние миры, пространства внутреннего опыта. Эти пространства однако являются индивидуальными: во Вселенной, лишенной главной отправной точки внезапно взникают множество Я-центров, координационных центров сознания. Каждый из этих центров сознания представляет собой особое видение мира. Эта перспектива является тем, что философы называют «перспективой от первого лица». На каждую из этих перспектив завязано в свою очередь, свой собственный феноменальный мир. Эти отдельные миры содержат кроме всего прочего исторический аспект. Вместе с ними почти всегда возникает психологическая биография — именно то, что мы называем нашей «внутренней жизнью». Следовательно, можно было бы также здесь говорить о истории появление мира, о феноменальной космологии: в и через каждого из нас временно разворачивается собственный космос сознания, субъективная вселенная. Таким образом, первая часть этой проблемы заключается в том, чтобы понять, как в нашей объективной вселенной постоянно появляется и исчезает множество субъективных миров. Это соответствует вышеупомянутому проекту понимания эмпирических исследований сознания. Объективная история происхождения субъективных вселенных, эволюционно-теоретическая нейробиологическая этиология сознания, однако является лишь частью того, что представляет собой реальная проблема сознания. Философская часть проблемы состоит в том, чтобы понять, как мы сами можем быть такими субъективными вселенными, и, прежде всего, понять, что все это действительно означает. Как подсказывает интуиция, поверхностный набросок сознания как феномен, связанный с индивидуумом, принимается нами как очевидная вещь. Но понимаем ли мы, что мы говорим, когда мы описываем себя как динамичную субъективную вселенную, которая содержит что-то вроде центра и временно появляется в объективной Вселенной? Я думаю, что нет.

До того, как наши общие представления о целях превратятся в конкретные научно-исследовательские проекты, нам необходимо провести тщательный анализ терминологической проблематики. Эмпирическая практика и философская мета-теория должны идти рука об руку. Даже в этот момент явственно видно, что проблема сознания только тогда может быть решена, когда целый ряд дисциплин будет работать вместе систематическом и продуктивно. В данном контексте Оуэн Фланаган сформулировал проект «Единой теории сознания». Эта идея является очень увлекательной. Ей отвечает ранее отмеченное наблюдение о том, что действительно из целого ряда очень разных областей исследования все громче звучит призыв к созданию независимой дисциплины для изучения сознания.
Такие исследовательские вопросы являются типичными для ситуации, в которой основные теоретические прорывы продвигаются к пределам нашей досягаемости. Они также ясно показывают на второй аспект, который превращает проблему сознания в особую проблему. Из общих научных теоретических методов классификации, в особенности методический канон новой «науки о сознании», становится более, чем неясно: какими методами, с которыми мы можем подойти к проблеме сознания? Какая связь между этими методами? В конце концов, типичное философское возражение здесь будет звучать следующим образом: если мы наше собственное сознание действительно рассматриваем как завязанный на индивидуальную перспективу феномен, в таком случае мы не можем в принципе приблизится к его раскрытию объективными методами поиска, потому что эпистемологический суть и сила этих методов заключается именно в том, чтобы держаться от внутренней перспективы как можно дальше. Однако если мы начнем серьезно думать о том, что означает, сознательный опыта, как субъективный феномен, то мы вернемся к нашему первоначальному вопросу: что это такое, что мы действительно хотим знать?
Последний аспект этого вопроса состоит в том, что на нынешнем этапе междисциплинарных исследований сознания, Explanandum является каким угодно, только не ясным и понятным. Сознательное переживание, конечно, в действительности является не единственной проблемой, а пакетом проблем. Вопрос заключается в том, что является составляющими элементами этого пакета и каким образом они связаны между собой, и является ли одним пакетом проблем. До тех пор, пока нет убедительных ответов на три аспекта нашего первоначального вопроса, существует опасность того, что нынешняя увлеченность предметом сознания приведет к модной эйфории, которая в конце не приведет к ощутиму прогрессу.

Поэтому мы должны откровенно признать, что исследования сознания в настоящее время еще находятся на препарадигмарной стадии: в настоящее время не существует ни одной теоретической основы, из которой действительно может возникнуть такая вещь, как наука о сознании. Для этого, чтобы создать для этого бэкграунд , необходимо ответить не только общие вопросы, такие, как эпистемологические цели, методические каноны, а также каталог Explananda. Как сейчас станет видно, в действительности существует целый ряд подробных вопросов, с которыми нам придется столкнуться, если мы хотим узнать, является ли идея создания единой науки о сознании результатом не только увлекательный, но и последовательной мысли.

Оставшаяся часть этого введения попробует приблизиться к проблеме сознания в три этапа. Первый шаг будет состоять в попытке обратить внимание в основном на феноменологические особенности сознания. Речь идет о том, чтобы предложить первое описание трех конкретных свойств, которые делают это явление действительно особой проблемой. Вторым шагом должен стать переход от феноменологического анализа на аналитический уровень: всеобъемлющее описание должно превратиться в список терминологических проблем. Поэтому во втором разделе, я буду пытаться дать читателю краткий перечень этих проблем причем так, как они видятся с точки зрения философии сознания. Третий этап будет состоять в установлении контакта с нынешней дискуссией, и вмешиваться в нее. В четвертом и последнем разделе введения находится информация о структуре и задачах этой антологии.

Реклама

42 Responses to

  1. ну таке покашлювання з метою звернути увагу на проблему.
    до речі, є відома фраза «кожна людина – це світ, який з нею народжується і з нею вмирає. під кожною могильною плитою лежить всесвітня історія», яку часто розуміють як гімн чіловєколюбію, хоча насправді її можна сприймати як констатація суб’єктивності світосприйняття кожною людиною.

  2. ну таке покашлювання з метою звернути увагу на проблему.
    до речі, є відома фраза «кожна людина – це світ, який з нею народжується і з нею вмирає. під кожною могильною плитою лежить всесвітня історія», яку часто розуміють як гімн чіловєколюбію, хоча насправді її можна сприймати як констатація суб’єктивності світосприйняття кожною людиною.

  3. Мне кажется, в этом тексте очень много ничем не обоснованных тезисов и предпосылок, начиная с самого первого предложения: «Каким образом в физической вселенной стало возможным появление сознания?». Откуда эта уверенность, что сознание «появляется»?

  4. Мне кажется, в этом тексте очень много ничем не обоснованных тезисов и предпосылок, начиная с самого первого предложения: «Каким образом в физической вселенной стало возможным появление сознания?». Откуда эта уверенность, что сознание «появляется»?

  5. любопытства ради
    а откуда, по вашему мнению, оно взялось? всегда было?

  6. любопытства ради
    а откуда, по вашему мнению, оно взялось? всегда было?

  7. В этом случае надо сделать шаг назад и определиться, что вы называете сознанием. возможно тогда ваш вопрос отпадет сам собой

  8. В этом случае надо сделать шаг назад и определиться, что вы называете сознанием. возможно тогда ваш вопрос отпадет сам собой

  9. Офф. А труд про иммунитет ты еще планируешь переводить с мовы? 🙂

  10. Офф. А труд про иммунитет ты еще планируешь переводить с мовы? 🙂

  11. Анонімний:

    Re: любопытства ради
    думаю, что никто не может утверждать, что «сознание» «появилось». Это не вещь, а философская категория. Философские категории не обладают свойством «появляться», поэтому по моему мнению утверждение «сознание появилось» — бессмысленно

  12. Анонімний:

    Re: любопытства ради
    думаю, что никто не может утверждать, что «сознание» «появилось». Это не вещь, а философская категория. Философские категории не обладают свойством «появляться», поэтому по моему мнению утверждение «сознание появилось» — бессмысленно

  13. Re: любопытства ради
    извиняюсь, что ответил анонимно, забыл загрузиться

  14. Re: любопытства ради
    извиняюсь, что ответил анонимно, забыл загрузиться

  15. А вы? Что вы понимаете под сознанием?

  16. А вы? Что вы понимаете под сознанием?

  17. Re: любопытства ради
    то есть хоть какую-то материальность сознания вы отрицаете?
    впрочем, даже философские категории появляються, когда сознание какого-либо индивидуума обнаруживает их.

  18. Re: любопытства ради
    то есть хоть какую-то материальность сознания вы отрицаете?
    впрочем, даже философские категории появляються, когда сознание какого-либо индивидуума обнаруживает их.

  19. Сознание это владение, а также восприятие ментальных состояний, таких как самоосознание, память, мысли разного порядка и форм, такие как осмысление, принятие решений, оценка, планирование и построение концепций, включая необходимые для этого внимание и сосредоточение. Это не только философская категория. Феноменом сознания занимаються и естественные науки, и психология. С точки зрения естественных наук этот феномен порождается в вполне осязаемом материальном объекте — мозге. Поэтому вполне легитимно говорить о сознании, как появившемся.

  20. Сознание это владение, а также восприятие ментальных состояний, таких как самоосознание, память, мысли разного порядка и форм, такие как осмысление, принятие решений, оценка, планирование и построение концепций, включая необходимые для этого внимание и сосредоточение. Это не только философская категория. Феноменом сознания занимаються и естественные науки, и психология. С точки зрения естественных наук этот феномен порождается в вполне осязаемом материальном объекте — мозге. Поэтому вполне легитимно говорить о сознании, как появившемся.

  21. В таком случае надо относить сознание к категории процессов, со всеми вытекающими из этого последствиями, а то только путаница получается

  22. В таком случае надо относить сознание к категории процессов, со всеми вытекающими из этого последствиями, а то только путаница получается

  23. «До того, как наши общие представления о целях превратятся в конкретные научно-исследовательские проекты, нам необходимо провести тщательный анализ терминологической проблематики. Эмпирическая практика и философская мета-теория должны идти рука об руку. Даже в этот момент явственно видно, что проблема сознания только тогда может быть решена, когда целый ряд дисциплин будет работать вместе систематическом и продуктивно.»

  24. «До того, как наши общие представления о целях превратятся в конкретные научно-исследовательские проекты, нам необходимо провести тщательный анализ терминологической проблематики. Эмпирическая практика и философская мета-теория должны идти рука об руку. Даже в этот момент явственно видно, что проблема сознания только тогда может быть решена, когда целый ряд дисциплин будет работать вместе систематическом и продуктивно.»

  25. Я тут еще раз все внимательно перечитал, есть еще один источник недоразумений. Часто слово «самоосознание» используется на том месте, где должно стоять «самоидентификация». Мо моему, это две больших разницы.

  26. ДА! Но не все сразу. Иммунитет еще дописать надо. Пока в планах про излучение мобильных телефонов.

  27. Я тут еще раз все внимательно перечитал, есть еще один источник недоразумений. Часто слово «самоосознание» используется на том месте, где должно стоять «самоидентификация». Мо моему, это две больших разницы.

  28. ДА! Но не все сразу. Иммунитет еще дописать надо. Пока в планах про излучение мобильных телефонов.

  29. Отдельные личности, скажем так, в свое время эту проблему для себя и для других неоднократно решали. Подозреваю, что Метцингер пытается разобрать швейцарские часы топором, просто потому, что не подозревает о существовании часовой отвертки. Забавно, конечно, но вряд ли продуктивно

  30. Отдельные личности, скажем так, в свое время эту проблему для себя и для других неоднократно решали. Подозреваю, что Метцингер пытается разобрать швейцарские часы топором, просто потому, что не подозревает о существовании часовой отвертки. Забавно, конечно, но вряд ли продуктивно

  31. а в чем заключается разница между «самоознанием» и «самоидентнификацией»?

  32. а в чем заключается разница между «самоознанием» и «самоидентнификацией»?

  33. Знакомы с работами Метцингера или просто так подозреваете?

  34. Знакомы с работами Метцингера или просто так подозреваете?

  35. Анонімний:

    я понимаю самосознание как казус, логический парадокс: кто сознает сознающего?
    самоидентификация — некоторое ощущение, мое не мое. не удивлюсь, если через некоторое время обнаружат ответственный за него нейротрансмиттер — вот тогда начнется потеха!
    а призывать все силы всех наук на решение лингвистического казуса — ну давайте все просто дружно посмеемся и забудем.
    самопознание — вот к этому слову отношусь уважительно

  36. Анонімний:

    я понимаю самосознание как казус, логический парадокс: кто сознает сознающего?
    самоидентификация — некоторое ощущение, мое не мое. не удивлюсь, если через некоторое время обнаружат ответственный за него нейротрансмиттер — вот тогда начнется потеха!
    а призывать все силы всех наук на решение лингвистического казуса — ну давайте все просто дружно посмеемся и забудем.
    самопознание — вот к этому слову отношусь уважительно

  37. извиняюсь, опять анонимно ответил

  38. извиняюсь, опять анонимно ответил

  39. у нас тут получается «рабинович напел, не понравилось», которое плавно перерастает в «не читал, но осуждаю».
    http://progenes.livejournal.com/7338.html#cutid1

  40. у нас тут получается «рабинович напел, не понравилось», которое плавно перерастает в «не читал, но осуждаю».
    http://progenes.livejournal.com/7338.html#cutid1

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: